Записи с темой: и вечность напролет я согласен петь тебе о любви (список заголовков)
10:40 

БЖ, запись #480: про символизм.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Три с половиной года назад на страницах моего дневника уже звучало такое словосочетание как «Символ Присутствия». Через полгода после его обретения я, скрепя сердце, отдала его человеку, которому было нужнее, а вот пару дней назад он с неистовой настойчивостью пытался ко мне вернуться. Я находила его в самых неожиданных местах — надо было хорошенько постараться, чтобы его увидеть, но мой взгляд с удивительной лёгкостью нащупывал его среди груды отвлекающих вещей. Надо было хорошенько постараться, чтобы столько-то раз за сутки в таких местах его забыть!..
Признаюсь, я успела даже испугаться: неужели он больше не нужен или стал бесполезен?
А может, это мне он теперь нужнее?

В какой-то очередной момент снова взяла его в руки, покатала на ладонях, надела, спрятала в кулаке, прикрыв глаза, вспоминала первую встречу, которой он был свидетелем. Нет, мне не нужен Символ Присутствия, у меня есть нечто большее, нечто более важное. Я и так справлюсь, даже если «нужнее сейчас мне».

Я упрямая, понял Символ, и перестал сбегать после этой короткой беседы.
Небожители в который раз смирились с безнадежностью моего характера. Как тогда, на Камино, когда на собранных за ночь ногах я не могла не бежать по утру в горы, перепрыгивая камни.

@темы: БЖ: бортовой журнал, Безумству храбрых венки со скидкой ©, Ветряные мельницы и воздушные замки, Жизненный эпизод, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Мысли вслух, Небесная канцелярия, Отвага и слабоумие, Потрясающие находки, Разница уровней, Сказки Кельтского Лиса

01:57 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:33 

БЖ, запись #476: про прекрасных мужчин.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Днём я хотела написать про работу, но, к счастью, появился более достойный повод начать новый год на страницах дневника. Имя ему — Оскар Уайльд.

Не скажу, когда столкнулась с ним впервые в жизни, но помню, что именно восхитительный томик Уайльда подарили мне, как обладателю гран-при в поэтическом конкурсе. К семнадцати годам я прочитала у него все переведённые на русский язык произведения, а половину из них — ещё и в оригинале, подстрочно сличая авторский текст с переводами, смакуя и анализируя различия. Безусловно, именно у маэстро я училась иронизировать и язвить, и хотя до мастера мне далеко, отдельные мои успехи на этом поприще известны. Некоторые — справедливости ради стоит это признать — печально.
Тем не менее, Оскар Уайльд до сих пор входит в тройку моих любимых авторов и является одним из двух, наиболее сильно повлиявших на формирование моей эстетики в период отрочества. Настолько сильно, что его De profundis превосходно описывает отдельные эпизоды и моей биографии, а потому эта исповедь до сих пор является одной из настольных книг наравне с произведениями Толкина, стихами Бёрнса, лекциями Бродского, «Потеряным раем» Мильтона и справочником Розенталя.

В «Портрете Дориана Грея» более всего мне мил дорогой Бэзил Холлуорд. Его откровения в разговоре с лордом Генри о любви являются для меня образцом преданности возлюбленному: «Когда я люблю кого-то, я никому не называю его имени» — заповедь, следовать которой я начала ещё до того, как прочла этот роман. Впрочем, в рамках игры по мотивам я вряд ли бы вызвалась играть художника — тяга к эсперементам и парадоксам, присущая Гарри мне куда привычнее. С кем мы там в свое время это обсуждали?

И если вы (вдруг?) терзаетесь догадками, зачем я пишу всё это, то ответ прост. Сегодня мы ходили на мюзикл «Дориан Грей» в постановке Стаса Намина, а там второе действие открывалось арией Джеймса, которая представляла собой ни что иное как весьма удачное переложение «Баллады Рэдингской тюрьмы» (цитата ниже из неё в переводе Татьяны Железняк):

Ведь каждый, кто на свете жил,
Любимых убивал,
Один - жестокостью, другой -
Отравою похвал,
Коварным поцелуем - трус,
А смелый - наповал.

Один убил на склоне лет,
В расцвете сил - другой.
Кто властью золота душил,
Кто похотью слепой,
А милосердный пожалел:
Сразил своей рукой.

Кто слишком преданно любил,
Кто быстро разлюбил,
Кто покупал, кто продавал,
Кто лгал, кто слезы лил,
Но ведь не каждый принял смерть
За то, что он убил.

Когда я в последний раз я перечитывала эту балладу, она казалась логическим дополнением к De profundis, а значит была весьма актуальной и жизненной. Представьте же теперь мои чувства, когда в сжатом виде суть этой баллады ворвалась в повествование о Прекрасном Принце! О, этот восторг от нежданной и негаданной встречи со старым другом, которого ты мог бы и не узнать, но, прищурившись, конечно же, узнал, потому что связывает вас много большее, чем изменившиеся за время разлуки черты лица!..
Это чувство столь близко другому горячо любимому мною ощущению, которое ты испытываешь, читая на страницах книг о местах, где ты был, и о шедеврах, с которыми ты соприкасался в единой точке пространства.

Это, кажется, был мой четвёртый «Портрет Дориана Грея», и он был совершенно прекрасен.
Я хочу запечатлеть это радостное послевкусие.

ПС. Между тем тема «Пигмалиона» и отношений наставников с воспитанниками продолжает нападать на меня со всех сторон и каждый раз — непременно из-за угла!

@темы: Сколь много нам открытий чудных ©, Себе на заметку, Разница уровней, Памяти того дня, Оставшиеся герои, Осколки прошлого, Мысли вслух, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Заложники ролей, Градация настроений, Вся правда о рыцарях, Вечные семнадцать, БЖ: бортовой журнал

21:59 

БЖ, запись #475: про борьбу.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Обычно к нему приходила я — лет восемь, не меньше. Он сидел под своим дубом и играл на арфе в тысяче историй, рассказанных мною ранее, — легендарным предком, тенью, призраком, музой. Он никогда никуда не девался, вшитый шестой нитью голубого цвета где-то между Стерлингом с графами Мара и Уэддерберном с семейством Феа.
А в Самайн он пришёл ко мне сам. Пришёл, уселся напротив и не спел, _рассказал_ историю.
Впервые его пальцы не касались струн, а мне не хотелось пойти впляс, но после _произнесенных_ им слов запел вась мир — для меня. Москва замоталась в тартан: всюду вокруг меня пляшет клетка — серая, синяя, зелёная, фиолетовая, красная, коричневая, желтая. Стоит мне вспомнить его песни, как вокруг собираются известные поэты и певцы, сидят на корточках в круг, внимают, жадно ловят слова. Ленты пестрят видами зелёных холмов и спрятанных в туманах озёр, страницами саг об исторических подвигах горцев, плачем одинокой волынки и хмельными пирами.

Она видит все это. Моя Австрия. Видит и нестерпимо ревнует.
Она уже смирилась с тем, что не всегда самолёты несут меня к ней, что не всегда я славлю только её, но это... гордая любовница поняла, какая нежность связывает двух супругов.
Австрия всюду - подкидывает мне карточки моих любимых замков, дышит горячим шоколадом в лицо со страниц дневников очарованных ею на бегу друзей, вербуя из них союзников, манит сценами театров и концертными залами любимых мною композиторов. У этой красавицы «каменный» характер и она не стесняется показывать свой нрав: рядом с графами Мара обнаруживаются очередные Штейны, ее козырь десятилетней выдержки в шелковом рукаве дорогого платья величественной императрицы.

Австрия и Шотландия борются за мое внимание.
Глупые мои, гордые, любимые мои женщины. Я бы сказала, что меня хватит на всех, но скажу лишь, что где-то там, где на высоте ваших самых высоких пик распято мое сердце. И не так уж важно, вспорол мне грудь Бен Невис или Гросглокнер, все равно это случилось на уровне неба, а значит - случилось навсегда.

@темы: про-ИГР-off-ое, Я искал себя на глобусе, Чувства вместо скальпеля, ХР-хроники, Сколь много нам открытий чудных ©, Сказки Кельтского Лиса, Разница уровней, ПоЧитатели, По дороге сна ©, Отвага и слабоумие, Оставшиеся герои, Осколки прошлого, Небесная канцелярия, На пути домой, На Западном фронте..., Мысли вслух, Моя страна островов, туманов и дождей, Мир под лупой, Иносказательные повести. Разгадаешь?, И что бы ни случилось я буду ставить на красное ©, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Заложники ролей, Дети Огня, увенчанные золотым венцом, Градация настроений, Вся правда о рыцарях, Ветряные мельницы и воздушные замки, Благой Двор Его Величества, БЖ: бортовой журнал, Анатомия личности

22:08 

БЖ, запись #469: про начало начал.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Говоря словами Паоло Коэльо — а с тех пор, как я прошла его дорогой и нашла в его книгах те же слова, что определила в качестве инструментов и для себя, я могу себе это позволить с чистой совестью — в субботу я вступила в Правый Бой, и это следует отфиксировать, ведь к этому испытанию я готовилась последние лет семь, не меньше. Достаточно ли этого? Нет. Но достаточно не будет никогда.

Я могла бы процитировать сюда половину «Книги воина света», но ограничусь одним фрагментом. Не потому что он самый точный или самый важный, а потому что это лучшее, что можно сказать вслух, ибо остальное лучше повторить про себя.

Воин света не изменяет своих решений.
Прежде чем приступить к действиям, он предается продолжительным размышлениям — оценивает степень своей готовности, меру своей ответственности, свой долг перед наставником. Стараясь сохранить душевное равновесие, он кропотливо исследует каждый свой шаг — так, словно от него зависит все.
Но в тот миг, когда решение принято, воин уже движется вперед без оглядки: у него нет сомнений в правильности сделанного им выбора, и, даже если обстоятельства оказываются не такими, как он представлял, воин не сворачивает с избранной стези.
И, если его решение было верным, он одерживает победу в битве — пусть даже будет она более долгой, чем представлялось прежде. Если же решение было ошибочным, он потерпит поражение и вынужден будет все начинать сначала — но уже во всеоружии горького опыта.
Воин света, однажды начав, идет до конца.
[ПК]


ПС. Следует признать, что время выбрала не я. Как по мне, оно не самое удачное, чтобы начинать Правый Бой — я бы отложила все хотя бы до октября, но все мои уважительные причины Камино превратил в прах и развеял по ветру. Мне больше не нужно в Рим. Мне больше вообще никуда не нужно — ну разве что немного, самую чуточку в Новгород, но и это скорее из серии про «не помешает», чем про «поможет» или «необходимо». Мне настолько никуда и ничего не нужно, что даже в пределах города стёрлись все значимые координаты. Единственное место — в себе, а время — сейчас.
Время выбирала не я, но, оставаясь в своём праве, я пытаюсь выбрать хотя бы место.
Пока выходит. А что выйдет — узнаем когда-нибудь потом.

@темы: БЖ: бортовой журнал, Безумству храбрых венки со скидкой ©, Безумству храбрых поем мы песню ©, Берите в руки карандаш и ценной делайте бумагу ©, Ветряные мельницы и воздушные замки, Вся правда о рыцарях, Дети Огня, увенчанные золотым венцом, Жизненный эпизод, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Каждый сходит с ума по-своему, Мысли вслух, Небесная канцелярия, Неоконченный роман, Оставшиеся герои, Отвага и слабоумие, Памяти того дня, Сколь много нам открытий чудных ©, Чужими словами

23:00 

БЖ, запись #468: про невыразимое.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
И снова я должна отметить, что очередное чрезвычайно важное и значимое нечто выпало из хронологии событий моего дневника. Как выпал из него самый конец декабря, январь и февраль, так выпал из него и июнь-июль. А между тем это две совершенно невероятные истории, о которых я обязательно расскажу. Вторую уже многие слышали, но я буду и буду её повторять, потому что о таких вещах говорить надо. Первую слышали немногие, но она даже важнее жизни, пожалуй. Потому что она про ту самую любовь, которая побеждает смерть.

@темы: Безумству храбрых поем мы песню ©, Чувства вместо скальпеля, Слово, которого нет, ПоЧитатели, Осколки прошлого, О собственной записной книжке, Небесная канцелярия, На пути домой, Мысли вслух, Каждый сходит с ума по-своему, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Дети Огня, увенчанные золотым венцом, Вся правда о рыцарях, Возвращаясь к вечным вопросам, Ветряные мельницы и воздушные замки, БЖ: бортовой журнал

23:28 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:00 

БЖ, запись #462: про несносную любовницу.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Я собиралась рассказать о том, какие занимательные сны снятся мне последнее время, но некое событие, пошатнувшее моё душевное равновесие, вынуждает сначала пожаловаться на мою любовницу в лице прекрасной Австрии.
Мы не виделись с ней с прошлого мая. Это — невыносимо долго! Неприлично долго для нас обоих.
И вот с 23-го февраля она, буквально, засыпает меня напоминаниями о своей скромной роскошной персоне. Сначала в ленте ВК всплывают готические скульптуры из дерева и я узнаю фигуры, над которыми мы долго размышляли в замке Кройценштайн под Веной, неделей позже я читаю в ней историю цветов австрийского флага и перед глазами встают все эти флаги на фасадах исторических памятников архитектуры, от одного вида которых осенью 2015 года я, без преувеличения, начинала прыгать, хлопать в ладоши и пищать.
Затем мне на рабочий стол ложится документ, посвященный соглашению об избегании двойного налогообложения с Австрийской Республикой, моей дорогой Österreich. На мой. Рабочий. Стол. Хотя вообще-то я не работаю с документами такого рода.
На глаза то и дело выскакивают австрийские ресторанчики и венские кафе (и речь даже не о сетевых). Где все вы были раньше? Куда прятались, зачем теперь повыскакивали?



Вчера поздним вечером гуляли по городу. Я страдала о реконструкции МИДа и хотела, чтобы поскорее снова стало красиво.
Мы вышли к Арбату, оглянулись на высотку и мне сказали:
- Эй, посмотри! Разве с этого ракурса оно не похоже на один хорошо тебе известный собор?
Я смотрю, слушаю подсказки, вижу и одновременно не вижу Стефана.
Того самого Стефана, который, провожая меня в крестовый поход, разводил в сторону руками-башнями и спрашивал голосом брошенного ребенка: «Почему ты летишь не ко мне?», а потом настигал в Иерусалиме - в гробнице своего доменного святого.

А сегодня утром я варила кофе. Варила кофе и никого не трогала.
Отряхнувшись от остатков сна, поняла, что радио трещит о Листе.
«О, Лист!» — подумала я, вспоминания свой любимый балет, ради которого мы весной сорвались в Вену.
Я порадовалась, а ведущие переключились на Вагнера.
Вагнеру я тоже порадовалась. Еще в те времена, когда белый цвет не перемешался с уже царившим в моем сердце красным, я посвящала ему стихи. Дурацкие, конечно, но разве я пишу другие?
Вагнеру я порадовалась, но про себя подумала: «И все-таки мой абсолютный фаворит — Шуберт. Лист занимает только почетное второе место».
Что вы думаете тут же сделало радио? Переключилось на Шуберта. Оказывается, у них с Листом был один учитель. Тот самый злополучный Сальери. Что же ты сделал с ним, Александр Сергеевич?
Про Шуберта с Листом можно было спокойно слушать и дальше, но вот на радиостанцию позвонила слушательница:
— Хотела поделиться с вами прекрасным, — говорит она. — Только вчера мы ходили смотреть «Майерлинга»...
Я не слушаю, что она говорит там дальше, вероятно, что-то о драматическом историческом подтексте и контексте балета, бедном-несчастном Франце-Иосифе и трагедии принца Рудольфа. Я просто медленно сжимаюсь в комок и издаю многострадальный вопль раненого зверя:
— О нет! Ну, пожалуйста! Ну за что?!
Этот вопль бесконечной тоски и любви, разделенной расстояниями, был достаточно громким, чтобы в душе прекратила литься вода, а отец заглянул на кухню и оба родителя обеспокоенно спросили:
— Что у тебя случилось?
Я, конечно же:
— Ничего! Всё в порядке, правда. Меня подставили, но так, ерунда. Все нормально!
Но, видимо, зверь из меня получился слишком уж раненным, коль ни отец, ни мать долго не могли мне поверить и вернуться к своим делам.

Я начала лихорадочно думать: что быстрее — получить визу или новый паспорт.
Села записать всё это безобразие и что же?
Нашла под мышью засушенный лист плюща, сорванный на память всё под тем же мною горячо любимым Кройценштайном.

@темы: Я искал себя на глобусе, Чувства вместо скальпеля, Осколки прошлого, На пути домой, Мысли вслух, Каждый сходит с ума по-своему, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Заложники ролей, Градация настроений, Вся правда о рыцарях, Ветряные мельницы и воздушные замки, БЖ: бортовой журнал, Анатомия личности, Picspam

23:50 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:02 

Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
21:14 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:53 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:26 

БЖ, запись #438: про чужие песни о своих людях.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Кажется, последнее время я могу говорить только чужими словами, еще точнее — песнями. Но...
Есть такие песни, которые порталы в прошлое, а есть такие — которые порталы к людям. И сколько бы лет ни прошло, след этих людей — в этих песнях. Его не смоет ни время, ни пространство, ни прошлое, ни будущее. Эти песни — мои мысли и мои чувства к ним.
Эти песни — навсегда про них.
Эти песни — навсегда их.

Когда-то на @дневниках был такой флешмоб: выложите 10 песен, которые у вас ассоциируются с вашими избранными и ПЧ, а они пусть попробуют найти в этих песнях себя. Этот пост не флешмоб и вам не надо искать здесь себя или своих знакомых, просто мне захотелось, чтобы песни-ассоциации были собраны где-то в одном месте.
Я не скажу, что «одна песня — в одни руки». Некоторым я могла бы отдать дюжину, а кому-то с кем-то другим приходится делить одну на двоих. Как бы тут ни было, имен тут не будет. Ни в записи, ни в комментариях, ни где-то еще. И не важно, видите ли вы между этими строчками (всегда в первую очередь именно строчками) себя или кого-то из наших общих знакомых. Не важно правы вы в своих догадках или нет. Я ничего не скажу.
У эльфа и ветра не спрашивай совета: оба скажут в ответ — что да, то и нет.
Здесь только песни и даты.

1) 3/4 2009-го года, с ретроспективой из 2011:


2) 2010 год:


3) май 2012:


4) ноябрь 2012 (но тут я могу обнажить проблемы с математикой и это совершенно внезапно так вдруг окажется 2013) :


5) 2014, больше его вторая половина:

@темы: It's music, baby!, А мы все еще живем в социуме, БЖ: бортовой журнал, Безумству храбрых поем мы песню ©, Ветряные мельницы и воздушные замки, Вечные семнадцать, Вся правда о рыцарях, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Мысли вслух, Осколки прошлого, Памяти того дня, Слово, которого нет, То, что не нравится Валмонам..., Чувства вместо скальпеля

20:38 

Вырванный листок из Бортового Журнала #13.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Стоит лишь прислушаться к песням ветра, стоит лишь позволить себе маленькую слабость, лишь чуть-чуть поддаться свойственной тебе от природы мягкости и чувственности... и вот ты уже чувствуешь, как болит каждый шрам на твоем сердце. Каждый чертов маленький шрам!..

— О чем ты плачешь?
— Обо всем.
— О чем ты плачешь?
— О своей стране. О тех, кто заставляет ее кричать от боли, кто виноват в страшной гримасе на нее лице. Страшно становится, когда начинаешь мыслить архетипами. Когда вспоминаешь песни своего народа. Русь-матушка, когда ты стала мачехой? Когда дочь и сестра стала тебе нелюбимой патчерицей? Ты же сама вплетала ей в косы полевые цветы! Не такое у тебя лицо, Русь-матушка! Материнское лицо у тебя. Не загребущие руки у тебя, Русь-матушка! Они работящие, ласковые да щедрые. Больно тебе, Русь-матушка, болит твое сердце, плачет оно ветром, стучит оно в стекла, рвется на волю вольную. Бедная ты, моя Русь! Бедная, но привычная... Не услышат тебя.
— О чем ты плачешь?
— О прошедшем и грядущем. О забытом и памятном. О винах выпитых и винах пролитых. То грядет, что в Лету должно кануть было. За то пьют, что ношей неподъемной прибить к столешнице персты должно. Те пьют, в ком не кровь, а вода.
— О чем плачешь ты?
— О пространстве и времени. И о путях, которыми мы под их гнетом скованы.
— О чем плачешь ты?
— О волшебных словах, каждое из которых проклятьем из тебя вышибает дух.

@темы: Сказки Кельтского Лиса, Разница уровней, Под конвоем, Осколки прошлого, Неоконченный роман, Мысли вслух, Моя страна островов, туманов и дождей, Иносказательные повести. Разгадаешь?, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Вырванное, Благой Двор Его Величества, БЖ: бортовой журнал, А город как большой улей, Vocum separatum – особое мнение, Слово, которого нет

01:20 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:45 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
22:06 

БЖ, запись #395: про счастье.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Есть у меня несколько бесконечно счастливых персонажей, настолько счастливых, что весь мир на фоне их счастья кажется маленьким спичечным коробком. Когда я думаю о них и еще о паре человек в моей жизни, я чувствую это:

На самом деле, выбирая между Тьмой и Светом, я всегда выберу второе. И сейчас я сама впервые в жизни готова быть тем мотыльком, который летит на свет, даже если это предвещает сгореть в пламени. И да, наверное, это можно считать моим ответом на все, что мне говорили в субботу.

* * *

Между тем трижды проклятый ноябрь кончился. Перекинулся через левое плечо, обернулся через правое и рассыпался серебристым декабрем. Проклятье спало. Должно было спасть, но... ничего не изменилось, а это что-то да значит.
Сейчас по дороге домой не удержалась и рухнула в сугроб. Маленький, но достаточно снежный. Несколько минут пролежала так, глядя на просвечивающееся сквозь корявые ветви небо, думая и утопая в звездах.
Дома меня, конечно же, не поняли. Но и природу счастья понять невозможно, так ведь? :)

@темы: Слово, которого нет, О радостях желтого дома, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Градация настроений, БЖ: бортовой журнал

21:50 

Вырванный листок из Бортового Журнала #9.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Второй вечер настроение на уровне подоконника. Снова вечные семнадцать и задыхаться от тесноты собственного сердца. Не заплакать по-человечески, не вдохнуть полной грудью — слишком много в душе... нет, не праведного гнева — злости. Простой человеческой, когда хочется рвать чужие перья и спрашивать небо, почему, ну почему же людям не хочется видеть очевидного, понимать простого, действовать умно, просто и честно. Почему мозг такой сложный орган? Он все преломляет, искажает, извращает. Все — решительно все.
Не хватает твоих рук на моих плечах, чтобы не улететь в космос, не сорваться к звездам слушать вечную, глубокую тишину, нанизывать на запястья галактики и смотреть на вас по утрам рассветами. Мне приснились сейчас январские ночи. Оказаться запертой в них, словно в клетке, — страшно. Страшно выдыхать, зная, что выпущенный тобой из легких воздух в ту же минуту не вдохнет другой. Поцелуи иногда передаются и воздушно-капельным путем, но об этом никто не знает. А им разве объяснишь, несчастным и счастливым? Нет, да и зачем объяснять.
Нужно выдохнуть, поймать зеркалом остатки рассеянного в ночи света с улицы и уйти призрачным коридором в зазеркалье. Там, как и в каждом рассвете — тихо.


Крики дублинских чаек! Конец грамматики,
примечание звука к попыткам справиться
с воздухом, с примесью чувств праматери,
обнаруживающей измену праотца -
раздирали клювами слух, как занавес... ©

@темы: Чувства вместо скальпеля, Мысли вслух, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, Запахом скошенной травы, Вырванное, Picspam

14:25 

lock Доступ к записи ограничен

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
Пост, который вообще-то был написан вчера с утра, но почему-то не опубликовался.

Сегодня Рождество, а сны в эту ночь, как говорят люди, вещие. Кроме того, сегодня 25-й лунный день становится днем 26-м, в чем также выражается согласие мироздания с вещими снами. Более того, то, что снится в эту ночь, не нуждается в какой-либо расшифровке - все лежит на поверхности, понятно и просто.
Сны, снящиеся под Рождество, сбываются в течении либо первых двух недель, либо - пяти ближайших лет.

И вот мне очень хочется верить, что мой сегодняшний сон - именно, что вещий.
Почему?
Да потому что в противном случае, это так странно, что именно вчера мой организм решил вырубиться чуть ли не в одиннадцать вечера, хотя я очень давно не ложилась так рано, а всю последнюю неделю полуночничила почти до утра. А ведь это как раз то, что советуют делать рождественские гадания со снами - лечь пораньше.
Ну и вообще. Я очень хочу, чтобы этот сон сбылся.

Так что с Рождеством вас и... побольше чудес в Святки! =)

URL
18:14 

БЖ, запись #329: про эпичные фейлы.

Тот, кто меня опоясал на битву, небесное воинство вел! ©
— Ну вот что ты на эту змею ТАК смотришь?! Я туда свою фотографию прикреплю, цензура, чтобы ты так и на меня смотрела!
Пауза.
— Э-э-э... ребят, я что-то не так сказал?..
— Да как бы тебе объяснить... у змеи нету... кхм... цензура.
— Нету... или она вся сама сплошной цензура...
— Мальчики, по-моему, у вас у обоих проблемы с зоологией.
Цензура. Ну что мы несем?!
И истеричный ржач в три голоса на 15 минут. Без преувеличений!
:facepalm:

И потом еще много раз на бис.

Вот и сейчас вспомнили, не могла не записать для истории.
Люблю их. Больше ничего не скажу!
:love:

И да. Всех с наступившим, кого еще не :)

@темы: Разница уровней, Пока улыбаются чеширские коты, И вечность напролет я согласен петь тебе о любви, БЖ: бортовой журнал

my soul in the sporran

главная